Каталог юр. фирм Новости Комментарии Семинары Вакансии Резюме Форум Контакты
Lawfirm.ru - на главную страницу

  Комментарии


Вечерние курсы М-Логос

Курсы повышения квалификации М-Логос

Курсы повышения квалификации Школы права Статут

Семинары школы права Статут


 


Безусловное безобразие, Или является ли полное копирование текста возражений допустимым в качестве судебного решения.

В статье на примере спора с налоговым органом рассматривается одна из часто встречающихся проблем при вынесении судебных решений российскими судами, а именно полное копирование в судебном решении позиции одной стороны, часто сопровождающееся переносом всех ошибок, опечаток, оборотов, и игнорирование позиции другой стороны. По мнению автора статьи, это является грубым нарушением фундаментальных положений о справедливом судопроизводстве,подрывающим доверие к суду, фактически нарушаются такие принципы судопроизводства, как принципы непосредственности, равенства перед законом, состязательности, равноправия сторон и др. Подвергаются анализу позиции Конституционного Суда РФ, Европейского суда по правам человека по данному вопросу, в которых право на судебную защиту толкуется не только как право на обращение в суд, но и как право быть выслушанным судом.

18.11.2017Султанов А.Р., начальник юридического управления ПАО «Нижнекамскнефтехим»
Реклама:

Бюро переводов ТРАНСЛЕКС: точный юридический перевод и лингвистическое сопровождение бизнеса »»

Правосудие не только должно быть совершено, но и должно быть видно, что оно совершено.

 

            Причиной написания данной статьи явилась почти кафкианская[1] ситуация. В одном из крупных дел для успешного его завершения были привлечены четыре команды юристов. Доводов и доказательств в нашу пользу было настолько много, что мы их разделили на несколько блоков. Выступающие должны были представить каждый свою часть, причем каждое доказательство используемое в речи сопровождалось указанием тома и листа дела.  Выступления прошли великолепно, пожалуй это был один из моих лучших процессов. Каждый выступающий был хорош по своему, все говорили не «по бумаге» с тем, чтобы лучше донести доводы до суда. Единственным минусом было то, что судья так и не задала ни одного вопроса, ни разу не заглянула в материалы дела, что сразу же смутило. Когда же судья ушла в совещательную комнату была большая надежда на положительный исход дела, но судья была в совещательной комнате не больше двух минут и в удовлетворении требований отказала, решение было также опубликовано в кратчайшие сроки.  

Решение Арбитражного суда оказалось 90% копией письменного отзыва налогового органа, без учета результатов судебного разбирательства, как будто в суде нас и не было. Причем оно не просто представляет собой копию пояснений Ответчика, но и включает все опечатки, ошибки, выражения  «Инспекция … обращает внимание Суда» (стр. 12, 35, 36, 45) «Инспекция не согласна с доводами Заявителя по следующим основаниям» (стр. 39) «Инспекцией установлено…», «Инспекция считает…», «Инспекция не согласна…» и т.д., суд даже не потратил времени на исправление ошибок сканирования. Мы столкнулись с грубейшим проявлением копипаста[2].

Фактически суд в нарушение принципа непосредственности, подменил собственную оценку доказательств оценкой ответчика, проигнорировав наши доводы и представленные нами доказательства, оставив нас в неведении, почему эти доводы и доказательства были отклонены судом.

В апелляционной жалобе в качестве одного из оснований для отмены решения суда первой инстанции указало данное обстоятельство, а также приложило к апелляционной жалобе сравнительные таблицы, подтверждающие переписывание письменной позиции налогового органа в судебный акт.

Но апелляция также вместо вынесения своего постановления переписала часть текста с отзыва налогового органа, часть судебного решения первой инстанции, ответов на свои доводы и оценки представленных нами доказательств мы так и не увидели.

Одним из ключевых доводов кассационной жалобы был довод о том, что обжалуемые судебные акты являются копией письменной правовой позиции налогового органа без учета результатов судебного разбирательства поскольку  наши доводы были просто проигнорированы.

Налоговый орган в отзыве на кассационную жалобу указал, что почти стопроцентное копирование  правовой позиции налогового органа не является судебной ошибкой влекущей отмену судебного органа.

Более того, налоговый орган в качестве допустимости создания судебных решений путем копирования привел Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2014 № 09ап-31839/2014, от 28.09.2015 №09ап -38708/2015, от 06.10.2016. №09ап-44668/2016.

В судебном заседании было заявлено ходатайство об обращении в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности части 4 статьи 288 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции, рассмотрев заявленные ходатайства, указал, что учитывая сложившуюся судебную практику по вопросу применения указанной в ходатайстве статьи, он не усматривает наличия правовой неопределенности в применении данных норм и отказал в удовлетворении данного ходатайства.

В ходе судебного заседания, когда налоговый орган стал доказывать допустимость копирования только правовой позиции одной стороны, суд стыдливо оборвал его, указав, что не говорить такое под запись. В последующем суд кассационной инстанции никакой оценки доводу о том, что судебный акт является копией позиции ответчика без учета результатов судебного разбирательства (доводы и доказательства, заявленные истцом во всех судебных актах были просто проигнорированы и оставлен без каких-либо оценок).

Кассационная инстанция лишь указала, что «нарушений судами норм процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену судебных актов, нет».

Таким образом, перед нами форменное безобразие, однако оно таковым судами не воспринимается. Учитывая, что сейчас широко продвигается закрепления практики немотивирования судебных актов[3], мы решили написать данную статью. Сразу же остановимся на том, что мы здесь акцентировали внимание лишь на одном конкретном нарушении, а не стали себе целью описать каким же должно быть решение, благо уже есть достаточно компетентные труды, в которых это уже давно описано[4].

 По нашему мнению, в показанной выше ситуации имеется грубейшее нарушение фундаментальных положений о справедливом судопроизводстве и подрывают доверие к суду, грубо нарушающее конституционные права и граждан на судебную защиту ( ч. 1 ст. 46 Конституции РФ  и равенство перед законом ( ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ). Фактически нам было отказано в правосудии.

 «Отказ от правосудия - это квинтэссенция причинения вреда, сумма и содержание всех видов вреда.  Это не только грабеж, только рабство, только оскорбление, только убийство - это грабеж, порабощение, оскорбление, убийство, все в одном»[5].

Полагаем, что в описанной ситуации мы фактически остались без судебной защиты, правосудия не было, и в данной ситуации должно быть доступно средство защиты от такого судебного произвола в виде безусловного основания для отмены судебного решения.

            Основания, влекущие безусловной отмены судебных актов, перечисленные в АПК РФ, содержат в себе перечисление существенных нарушений процессуального закона, решения в силу того, что правосудность судебного решения при наличии таких оснований всегда находится под сомнением.

Такие нарушения являются безусловными основаниями для отмены судебных актов, вне зависимости от правильности разрешения дела по существу, поскольку они данные дефекты нарушают основные начала судопроизводства, а также процессуальную форму, что свидетельствует об отсутствии судебного процесса и приводит к ничтожности всех результатов рассмотрения дела.

В российской правовой доктрине всегда существовал подход о том, что судебные решения, постановленное с нарушениями основных начал производства,  лишающие его характера судебного,  нельзя признать судебным решением: оно ничтожное (nul)"[6].

Безусловные основания для отмены судебного акта коррелируются с требованием соблюдения общепризнанного мировым сообществом права на справедливое судебное разбирательство[7].

В соответствии с пунктами 3 и 5 статьи 2 АПК РФ задачами  судопроизводства в арбитражных судах является справедливое публичное судебное разбирательство в разумный срок независимым и беспристрастным судом и формирование уважительного отношения к закону и суду.

Судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательства, на наш взгляд, свидетельствуют об их ничтожности, поскольку их правосудность будет всегда под сомнением, как если бы судебные акты были вынесены без привлечения одной из сторон к рассмотрению дела.

По своей сути такие акты, в действительности для лиц, участвующих в деле, не отличаются от судебных актов, вынесенных без привлечения к рассмотрению дела одного из заинтересованных лиц[8]. Впрочем, прямое игнорирование результатов судебного разбирательства и деятельности по доказыванию еще больше подрывает доверие к суду, поскольку представляет собой циничное неуважение лица, участвующего в деле. Можно утверждать, что такое игнорирование представляет собой также умаление достоинства личности тяжущихся вопреки требованиям ст. 21 Конституции РФ. Более того, когда идет спор с государственным органом – это подрывает доверие к суду, как органу, который отправляет правосудие и создает впечатление «нечестной игры» государства.

Игнорирование деятельности в ходе судебного разбирательства одного из лиц, участвующих в деле, показывает его «ненужность» и «бесполезность» для судебного органа, и показывает на предрешенность процесса. Более грубого нарушения принципа равенства перед законом трудно придумать.

В Постановлении КС РФ от 11.07.2017 N 20-П  было разъяснено: «Во взаимосвязи с закрепленной статьей 21 (часть 1) Конституции РФ обязанностью государства охранять достоинство личности и тем самым утверждать приоритет личности и ее прав во всех сферах это означает, что во взаимоотношениях с государством личность выступает не как объект государственной деятельности, а как равноправный субъект, который в силу статьи 45 (часть 2) Конституции РФ может защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов (постановления Конституционного Суда РФ от 3 мая 1995 года №4-П, от 2 июля 1998 года № 20-П и от 20 апреля 2006 года № 4- П, определения Конституционного Суда РФ от 25 января 2005 года № 42-О, от 13 июня 2006 года № 272-О и № 274-О и др.). Следовательно, гарантии судебной защиты должны носить всеобъемлющий характер, с тем чтобы конституционные права и свободы были не иллюзорными, а реально действующими и эффективными…» Применительно к сфере налогообложения, которое по своей природе связано с вмешательством в экономическую автономию личности и выражается в отчуждении части принадлежащих налогоплательщикам денежных средств публично-правовым образованиям для финансового обеспечения их деятельности, судебный контроль приобретает особую значимость для цивилизованного разрешения возникающих в этой сфере правовых споров на основе независимости и беспристрастности, служит средством преодоления возможного произвола в правоприменении и существенным фактором поддержания взаимного доверия во взаимоотношениях личности и публичной власти, определяя тем самым важнейшие условия для устойчивого развития гражданского оборота».

Только такой подход может оправдать постулат: «На арену общественной жизни выходит независимый, свободный от корыстных интересов, политических симпатий и идеологических предубеждений суд, выступающий гарантом законности и справедливости, призванный выполнять в государстве ту же роль, что совесть у человека… Судопроизводство ориентируется на обоснованность решений, на достижение результата по правилам»[9].

Согласно части 3 статьи 9 АПК РФ одной из составляющих принципа состязательности арбитражного судопроизводства является обеспечение судом права каждого лица, участвующего в деле,  высказывать свои доводы и соображения  по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам. При этом, в силу принципа равноправия сторон, закрепленного в части 3 статьи 8 АПК РФ,  суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и  умалять права одной из сторон. Когда в решении отсутствуют результаты судебного разбирательства, а лишь воспроизводится отзыв одной из сторон, то, это безусловно умаление прав одной из сторон.

Судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательства, на наш взгляд, являются ничтожными поскольку, они демонстрируют, что при отправлении правосудия был нарушен основополагающий принцип справедливого судопроизводства  audi alteram partem (выслушать обе стороны).

Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека разъясняет со ссылкой на международные акты по правам человека: «Принципы справедливого слушания включают в себя правила, именуемые в некоторых правовых системах правилами естественного правосудия, в том числе концепцию audi alteram partem (букв.: ). Необходимость выслушать другую сторону - в уголовном или гражданском процессе - составляет одну из основ права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренного пунктом 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и пунктом 1 статьи 6 Европейской конвенции» (Справедливое судебное разбирательство в международном праве. Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека 2013)[10].

Конституционный Суд РФ именует принцип audi alteram partem (выслушать обе стороны) общеправовым принципом  (Постановление Конституционного Суда РФ от 12 марта 2001 г. N 4-П)  «…  По смыслу статей 46 и 123 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, право на судебную защиту - это не только право на обращение в суд, но и право быть выслушанным судом[11] при разрешении дела по существу на основе состязательности и равноправия сторон (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 1999 года N 6-П, от 11 мая 2005 года N 5-П и от 21 апреля 2010 года N 10-П,  Постановление Конституционного Суда РФ от 19 июля 2011 г. N 17-П).

Этот принцип также иногда называют, как право быть услышанным, поскольку в правовом государстве должна быть гарантирована не только возможность высказаться, но и то, что тебя услышали[12].

Такого подхода придерживается Европейский Суд по правам человека:  «доводы заявителя должны быть услышаны судом» (например, Постановление от 22.02.2007 г. по делу «Татишвили (Tatishvili) против России», Постановление от 12.02.2004 г. по делу «Перес (Perez) против Франции», Постановление от 11.01.2007 г. по делу «Кузнецов и другие (Kuznetsov and Others) против Российской Федерации» и т. д.).

В Постановлении Европейского Суда по правам человека по жалобе N 48023/06 "Васенин против России" (вынесено 21 июня 2016 г.) было отмечено, что "...право быть услышанным занимает такое важное место в демократическом обществе и имеет такое фундаментальное значение для защиты человека от произвола со стороны органов государственной власти»[13],

             Доказательством соблюдения данного принципа при судебном разбирательстве является отражение выступлений сторон, доводов и доказательств, представленных сторонами в ходе судебного разбирательства в судебном акте.

Соответственно,  в отсутствие отражения в судебном акте результатов судебного разбирательства и отражение только письменного отзыва одной из сторон можно утверждать, что нет справедливого правосудия, поскольку согласно аксиоме справедливого правосудия, известной еще со времен Древнего Рима: правосудие не только должно быть совершено, но и должно быть видно, что оно совершено.

Отсюда можно сделать вывод, что  оспоренные нормы, в части в которой данные нормы не предусматривают в качестве оснований для безусловной отмены судебные акты нижестоящих инстанций, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательства, не соответствуют требованиям ч.1 и 2 ст. 46,  ч.1 и 3 ст. 123 Конституции РФ, как допускающие оставление в силе судебных актов, которые не соответствуют требованиям справедливого правосудия.

Не можем не отметить, судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательства, противоречат конституционно-правовым принципам правосудия, поскольку исключают возможность общественного контроля за отправлением правосудия – невозможно составить достоверное представление о том как разрешен спор, когда доказательства и доводы налогоплательщика не получили отражения в судебном акте.

Судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции только налогового органа, без учета результатов судебного разбирательств фактически нивелирует конституционные права, такие как право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33), защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2), в том числе путем обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц. Указанные права, по смыслу Конституции Российской Федерации, в частности ее статьи 21 (часть 1), предполагают не только право подать в соответствующий государственный орган или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, но и право получить на это обращение адекватный ответ.

В Определении Конституционного Суда РФ от 25 января 2005 г. N 42-О "По жалобам граждан Астахова Павла Алексеевича, Замошкина Сергея Дмитриевича, Карцевой Веры Константиновны и Костанова Юрия Артемовича на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 7 и 123, части третьей статьи 124, статей 125, 388 и 408 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации"содержатся правовые позиции применимые и в споре с налоговыми органами:«Вопрос о гарантиях права на получение обоснованного и мотивированного решения по обращению, направленному в суд или иной правоприменительный орган в связи с производством по уголовному делу, ранее уже был предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации. Так, в Определенииот 8 июля 2004 года N 237-О по жалобе гражданина Н.М. Воскресова на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 388 и частью третьей статьи 408 УПК Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что одной из важных гарантий конституционного права на судебную защиту и восстановление в правах является право обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти, в том числе судов, чем предопределяется предоставление заинтересованным лицам возможности добиваться исправления допущенных ошибок, в частности создание в этих целях процедур проверки вышестоящими судами законности и обоснованности решений, вынесенных нижестоящими судебными инстанциями.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, вытекающие из статей 46 (части 1и 2) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пункта 5 статьи 14Международного пакта о гражданских и политических правах, статьи 2Протокола N 7 к Конвенциио защите прав человека и основных свобод требования справедливого правосудия и эффективного восстановления в правах применительно к решениям соответствующих судебных инстанций предполагают обязательность фактического и правового обоснования принимаемых ими решений, в том числе - обоснования отказа в отмене или изменении обжалуемого судебного акта, что невозможно без последовательного рассмотрения и оценки доводов соответствующей жалобы.

С учетом этого Конституционный Суд Российской Федерации признал, что положения статей 388и 408УПК Российской Федерации в единстве с частью четвертойего статьи 7 не предоставляют суду кассационной или надзорной инстанции возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы жалобы, не приводя фактические и правовые мотивы отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку мотивировка решения суда во всяком случае должна основываться на рассмотрении конкретных обстоятельств, нашедших отражение в материалах дела и дополнительно представленных сторонами материалах, а также на нормах материального и процессуального права, - иначе не может быть обеспечено объективное и справедливое разрешение уголовного дела. Конституционно-правовой смысл предписаний Уголовно-процессуального кодексаРоссийской Федерации, обязывающих мотивировать судебные решения, в том числе подтверждающие законность и обоснованность обжалованных судебных актов, применительно к обвинительному приговору и подтверждающим его обоснованность судебным решениям обусловлен также взаимосвязанными конституционными принципами состязательности, равноправия сторон в судопроизводстве и презумпции невиновности, из которых следует, что эти решения могут быть вынесены только после рассмотрения и опровержения доводов, выдвигаемых стороной защиты, в том числе в жалобах на состоявшийся приговор; не опровергнутые же доводы против обвинительных судебных решений могут толковаться только в пользу обвиняемого. Отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты в жалобах на судебные решения в этом случае создает преимущества для стороны обвинения, искажает содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать подтверждающие эти сомнения данные.

Приведенная правовая позиция в полной мере относится ко всем иным, помимо выносимых соответствующими судами по кассационным и надзорным жалобам на приговор, решениям, принимаемым в ходе уголовного судопроизводства компетентными органами и должностными лицами по любым обращениям граждан.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33), защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2), в том числе путем обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц. Указанные права, по смыслу КонституцииРоссийской Федерации, в частности ее статьи 21 (часть 1), которая, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановленииот 3 мая 1995 года N 4-П по делу о проверке конституционности статей 220.1 и 220.2 УПК РСФСР, требует рассматривать гражданина не как объект государственной деятельности, а как равноправного субъекта, могущего защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов, предполагают не только право подать в соответствующий государственный орган или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, но и право получить на это обращение адекватный ответ. Применительно к уголовному судопроизводству это означает необходимость принятия по обращению предусмотренного законом процессуального решения, которое в силу части четвертой статьи 7УПК Российской Федерации должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Иное явилось бы нарушением не только процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, но и названных конституционных прав».

            Полагаем, что изложенные выше правовые позиции в полной мере применимы и при рассмотрении дел о привлечении к ответственности за нарушение налогового законодательства, поскольку принципы должной правовой процедуры при разрешении вопроса о привлечении к публично-правовой ответственности одни и те же.

Судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательства – это частный и наиболее вопиющий случай немотивированных судебных актов[14], поскольку такой судебный акт создает видимость правосудия, ознакомление с таким судебным актом создает ложное впечатление. Что создает угрозу его восприятия, как содержащего собственную оценку суда всех представленных доказательств  и доводов сторон, как достоверность обстоятельств, установленных судом, в то время когда, суд их не устанавливал, а лишь воспроизвел отзыв одной из сторон.  В отличие от просто немотивированного судебного акта, такой судебный акт опасен тем, что копирование правовой позиции одной из сторон создаст в последующем риск того, что данный текст с якобы установленными обстоятельствами будет порождать преюдицию в силу ст. 90 УПК РФ[15].

                 Такие судебные акты должны подлежать безусловной отмене, поскольку само их обжалование делается практически невозможным – поскольку из такого судебного решения не видно, почему те или иные доказательства или доводы были отклонены[16].

                 Обжалование таких актов – это повторение доводов и ссылок на доказательства с указанием на то, что они не получили никакой оценки, тем самым нижестоящие суд «передают» необходимость оценки доводов и доказательств вышестоящему суду, который должен проверять законность и обоснованность судебного акта, а не делать работу нижестоящего суда.

ЕСПЧ в своей прецедентной практике исходит из того, что немотивированные судебные акты нарушают право на справедливое судебное разбирательство.

В § 80 Постановления от 12.02.2004 г. по делу «Перес (Perez) против Франции» (жалоба № 47287/99) ЕСПЧ  отметил, что гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции право на справедливое судебное разбирательство включает право сторон, участвующих в деле, представлять любые замечания, которые они считают относящимися к их делу. Поскольку целью Конвенции является обеспечение не теоретических или иллюзорных прав, а прав фактических и эффективных (см. Постановление Европейского суда по делу «Артико против Италии» (Artico v. Italy) от 13 мая 1980 г., Series A, N 37, p. 16, § 33), это право можно считать эффективным только в том случае, если замечания были действительно «заслушаны», то есть должным образом учтены судом, рассматривающим дело. Следовательно, действие статьи 6 Конвенции заключается в том, чтобы, среди прочего, обязать «суд» провести надлежащее рассмотрение замечаний, доводов и доказательств, представленных сторонами по делу, беспристрастно решая вопрос об их относимости к делу (см. Постановление Европейского суда по делу «Ван де Хурк против Нидерландов» (Van de Hurk v. Netherlands) от 19 апреля 1994 г., Series A, N 288, p. 19, § 59)».

Аналогичные положения об обязательности мотивированности судебных актов сформулированы в § 83 Постановления ЕСПЧ от 11.01.2007 г. по делу «Кузнецов и другие против Российской Федерации» (Сase of Kuznetsov and Others v. Russia) (жалоба № 184/02): «И хотя национальные суды пользуются ограниченным правом принятия решения в вопросе выбора доводов по конкретному делу и приобщения доказательств достоверности утверждений сторон, эти органы обязаны указать основания для своих действий, изложив мотивировку этих решений (см. § 36 Постановления по делу «Суоминен против Финляндии» от 1.07.2003 г. по жалобе № 37801/97). Еще одна роль мотивированного решения состоит в том, что оно доказывает сторонам, что их позиции были выслушаны. Кроме того, мотивированное решение дает возможность какой-либо стороне обжаловать его, а апелляционной инстанции — возможность пересмотреть его. Изложение мотивированного решения является единственной возможностью для общественности проследить отправление правосудия (см. § 30 Постановления по делу «Хирвисаари против Финляндии» от 27.09.2001 г. по жалобе № 49684/99).»

В § 58, 62, 63 Постановления от 22.02.2007 г. по делу «Татишвили (Tatishvili) против России» (жалоба № 1509/02) было отмечено, что отказ суда кассационной инстанции в удовлетворении кассационной жалобы заявителя без оценки доводов заявителя по существу, т.е. без всякой мотивации, лишь путем воспроизведения в судебном акте текста определения нижестоящего суда, является нарушением статьи 6 Конвенции.

                 Вопрос о недопустимости копирования в судебный акт правовых позиций одной из сторон, которое ставит под сомнение сам факт отправления правосудия, наиболее остро возник в уголовном процессе[17].

В качестве правильного подхода отношения к такой ситуации можем привести частное определение N 22-4402 Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда обратила внимание на явные и грубые нарушения закона, допущенные председательствующим по делу судьей С. при рассмотрении уголовного дела и составлении приговора.

«Так, в соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Исходя из этой конституционной нормы уголовно-процессуальный закон предписывает, что только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления (п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ), что суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или защиты (ч. 3 ст. 15 УПК РФ) и что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК РФ).

Именно в этих целях проводится судебное разбирательство, которое должно происходить с соблюдением указанных в гл. 35 УПК РФ условий, с фиксацией хода судебного разбирательства в протоколе судебного заседания (ст. 259 УПК РФ) и с вынесением итогового решения в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Однако по данному уголовному делу от выполнения возложенных на нее функций по отправлению правосудия судья С. фактически устранилась. Так, проведенный анализ содержания постановленного судьей С. обвинительного приговора в отношении П. свидетельствует о том, что этот документ по существу и в значительной своей части, а именно в той, в которой излагаются описание преступных деяний осужденного и доказательства вины подсудимого - показания всех потерпевших, многочисленных свидетелей, письменные доказательства и заключения экспертиз, является копией данных из обвинительного заключения с сохранением тех же самых стилистических оборотов, ошибок, декоративных дефисов и точек, исполненных следователем в своем итоговом документе, составленным по окончании предварительного расследования. Обращает на себя внимание и протокол судебного заседания по делу, в котором отражены показания свидетелей, потерпевших и других участников уголовного судопроизводства и другие сведения. При этом содержание показаний названных участников судебного разбирательства в той мере, в какой они отражают свободный рассказ об известных им обстоятельствах дела, изложено образом, идентичным содержанию показаний свидетелей, потерпевших и других участников уголовного судопроизводства, которые имеется в материалах уголовного дела, собранных и составленных следователем. Что указывает на то, что в данном случае в большой степени имело обычное копирование данных предварительного расследования... Указанное выше положение является характерным и усматривается в отношении всех преступных деяний, в совершении которых суд признал П. виновным, свидетельствует о том, что судебное разбирательство судьей С. проведено формально, с заранее предопределенным решением, составленным в основном путем воспроизведения в нем изготовленных органом предварительного расследования материалов уголовного дела и обвинительного заключения.

Такое отношение судьи С. к отправлению правосудия, по мнению коллегии, может вести к умалению авторитета судебной власти, ставит под сомнение ее конституционно-правовую сущность, справедливость и беспристрастность судебного разбирательства...»[18].

                Развитие компьютерной техники и различных программ послужило не только упрощению работы, но и было большим искушением использования уже готового текста и копирование обвинительных заключений в тексты судебных решений стало пандемией. Электронные технологии сделали подобное копирование соблазнительно простым, однако эти же технологии  позволяют ошеломляюще легко продемонстрировать такое заимствование.

                На Пленуме Верховного Суда РФ эта проблема была поставлена  обсуждение, что нашло отражение в его Постановлении.

                Пленум Верховного Суда РФ  счел недопустимым перенесение в судебный акт показаний допрошенных лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре»).

                Таким образом, в уголовном процессе безусловное основание для отмены судебного акта представляющего собой воспроизведение обвинительного заключения без учета результатов проведенного судебного разбирательства, введено Пленумом Верховного Суда РФ.

                 Безусловные основания для отмены судебного акта по это список нарушений, список запретов для судов, нарушение любого их них позволяет признать ничтожным состоявшийся процесс  и влечет  ничтожность судебных постановлений.Судебные акты, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательств, представляют собой грубейшее нарушение принципов справедливого правосудия и должны подлежать безусловной отмене. Такое нарушение невозможно компенсировать разбирательством в других инстанциях, поскольку разбирательство в вышестоящих инстанциях должно быть проверочным, здесь же невозможно проверить почему суд проигнорировал результаты судебного разбирательства, отклонил доказательства и доводы, заявленные налогоплательщиком. Суд кассационной инстанции не является судом, исследующим и оценивающим факты, поэтому столкнувшись с такими судебными актами он их должен кассировать, отменять и отправлять на новое рассмотрение, с тем, чтобы восстановить нарушенное право на справедливое судебное разбирательство и обеспечить полноценный учет всех доказательств доводов всех лиц участвующих в деле.

                 Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, законодатель в силу принадлежащих ему полномочий вправе установить такой порядок проверки законности и обоснованности судебного решения с целью исправления судебной ошибки, который наиболее соответствовал бы особенностям того или иного вида судопроизводства (Определение от 15 мая 2002 года N 110-О); он должен устанавливать такие институциональные и процедурные условия осуществления процессуальных прав, которые отвечали бы требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивали бы справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов; игнорирование же законодателем принципа процессуальной экономии влечет неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства для рассмотрения дела (Постановление от 19 июля 2011 года N 17- П).

                 Полагаем, что проверка судебных актов, которые представляют собой копию только правовой позиции одной стороны, без учета результатов судебного разбирательств, должна быть сведена к исследованию лишь одного этого факта.

                 Только такой подход может предотвратить развитие такой практики  и исключит неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства для рассмотрения дела. Только такой подход позволит восстановить нарушенные права лиц, участвующих в деле такой практикой.

                 Такая проверка достаточна проста, электронные технологии хоть и позволили практике копирования отзыва одной из сторон без учета результатов судебного разбирательства расшириться, но эти же технологии   позволяют легко и быстро продемонстрировать такое заимствование.

                 В целом ряде процессуальных законов иностранных государств в качестве основания для ревизии судебного решения включены положения согласно которых «если решение изложено настолько неудовлетворительно, что его проверка представляется невозможной, если положения решения противоречат друг другу или если отсутствуют мотивы принятия решения…»[19], для отмены судебных решений и направления дела в суд первой инстанции – «при наличии существенного недостатка в производстве по делу в первой инстанции, если из-за этого недостатка необходимо обширное и требующее больших затрат исследование доказательств»[20], «решение настолько неясно или неполно, что не может быть установлено собственно решение суда по существу вопросов»[21].

                 Полагаем, что отсутствие таких подходов в наших процессуальных кодексах ставит также под сомнение соблюдения принципов самостоятельности и  независимости судей гарантированные ст. 120 Конституции РФ и ст. 5 ФКЗ «О судебной системе», полное копирование в судебный акт правовой позиции одной стороны всегда вызывает сомнение в независимости и беспристрастности суда и подрывает веру граждан в правосудие.

                 В пользу нашего подхода, говорит недавно рассмотренное дело Верховным Судом РФ, где предметом рассмотрения стало творение рук мастеров копипаста, которые в апелляционном определения умудрились правильно отразить реквизиты сторон и резолютивную часть, а мотивировка вообще оказалась не имеющая отношения к делу ни по сути спора, ни по субъектному составу ( дело №А41-74525/16).   

                 Полагаем, что в просвещенном ХХIвека, где уважение к человеческому достоинству поднято на такую высоту в наших учебниках и практике Конституционного Суда РФ, такая ситуация просто недопустима. Не должно быть ситуации, когда человек с его чаяньями и надеждами разбивается об безразличие суда, которому он вообще не нужен, не важен.

                 Однако ничто не разрушает верней доверия к государству, как утеря доверия к суду. Поэтому государство обязано вмешаться для недопущения таких ситуаций.

                

Опубликовано в Вестник гражданского процесса №5. С 264-282.

 Султанов Айдар Рустэмович, начальник юридического управления ПАО «Нижнекамскнефтехим», член Ассоциации по улучшению жизни и образования

ã2017 Султанов Айдар Рустэмович

 


[1]Полагаю, что почти все юристы читали «Процесс»  Кафки, чтение не из приятных, но очень помогает проникнуться идеей необходимости справедливости.

[2]Копипаст - (с английского Copy-paste - скопировать-вставить) — это метод создания текста путем копирования и вставки цитат из нескольких источников. Иногда даже без дальнейшего редактирования конечного результата.

[3]О недопустимости расширения которой обращали внимание Хисамов А.Х., Шакирьянов Р.В. Сокращенное решение суда. Вопросы мотивирования и преюдиции // Российская юстиция. 2014. N 4. С. 33 - 36.

[4] См. например из последних лет Кудрявцева, Е. В. Прокудина Л. А. Как написать судебное решение М., 2012; Рожкова М.А., Глазкова М.Е., Савина М.А. Актуальные проблемы унификации гражданского процессуального и арбитражного процессуального законодательства: монография / под общ. ред. М.А. Рожковой. М., 2015. 304 с.  и др.

[5]Bentham J.  A Protest against Law Taxes http://www.laits.utexas.edu/poltheory/bentham/lawtaxes/index.html

[6]Энгельман И.Е. Учебник русского гражданского судопроизводства. Юрьев, 1904. С. 355.

[7]Афанасьев С.Ф. К проблеме существенных процессуальных ошибок или безусловных оснований к отмене судебных решений по гражданским делам // Вестник гражданского процесса. 2015. N 3. С. 40 - 62.

[8]Султанов А.Р. О правах лиц, не участвующих в деле, и процессуальных сроках с точки зрения Конституции РФ// Адвокатская практика. 2007. № 5. С. 17-22; Султанов  А.Р. О проблеме кассационного обжалования решения лицами, не участвующими в деле// Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / Под ред. Л.Ф. Лесницкой, М.А. Рожковой. М. 2008. С. 384-399. Султанов А.Р. Обжалование судебных актов, вынесенных по делам об оспаривании нормативных актов, лицами, не участвовавшими в рассмотрении дела в суде первой инстанции//Закон. 2010. № 4. С. 143-155; Султанов А.Р. Борьба за право на обжалование судебного решения. М., 2014.

[9]Концепция судебной реформы РСФСР, утвержденного Постановлением ВС РСФСР от 24.10.1991 N 1801-1"О Концепции судебной реформы в РСФСР"

[10]Справедливое судебное разбирательство в международном праве. Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека 2013, С.144-145. http://www.osce.org/ru/odihr/100894?download=true

[11]Афанасьев С.Ф. К проблеме реализации права быть выслушанным в суде при рассмотрении гражданских дел // Вестник гражданского процесса. 2012. N 4. С. 28 – 45; Султанов А.Р. Аксиомы и принципы справедливого правосудия, их практическое применение//Арбитражная практика. 2008. № 7. С. 73-79.

[12]Шерстюк В.М. Право быть выслушанным и быть услышанным - принцип гражданского процессуального права// Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2004. С. 57 – 63.

[13]"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017) (ред. от 26.04.2017)

[14]Султанов А.Р. Мотивированность судебного акта как одна из основных проблем справедливого правосудия // Закон. 2014. N 8. С. 114 – 118; Султанов А.Р. О проблеме мотивированности судебных актов через призму постановлений Европейского суда по правам человека // Международное публичное и частное право. 2008. N 2. С. 11 – 13;  Султанов А.Р. Европейские правовые стандарты: уроки истории и правоприменительная практика. М. 2012. С. 91-97; Афанасьев С.Ф. Право на получение мотивированного судебного решения по гражданскому делу (международный и национальный аспекты)// Арбитражный и гражданский процесс. 2008. N 12. С 13-16;  Рабцевич О.И. Право на справедливое судебное разбирательство: международное и внутригосударственное правовое регулирование. М., 2005. С. 136; Загайнова С.К. Судебные акты в механизме реализации судебной власти в гражданском и арбитражном процессе. М., 2007. С. 299 – 300; Зайцев И.М. Решение суда как процессуальный документ// Вестник СГАП. 1995. №2. С.74; Тузов Н.А. Мотивирование и преюдиция судебных актов. М. 2006; Поляков Ю.Н. К вопросу о независимости суда//Государство и право. 2000. №10. С. 85; С. 91;    Ратушная Б.П.  Проблемы мотивированности судебных решений в Украине//  Право и политика. № 6. 2013. С. 798 – 802. Васяев А.А., Князькин С.А Мотивированность судебных решений - стандарт Европейского суда по правам человека//Адвокат. N 6. 2013. С. 27-32 и др.

[15]Учитывая, что почти каждая крупная проверка в последнее время сопровождается угрозой возбуждения уголовного дела, а также учитывая практику привлечения к субсидиарной ответственности руководителей такой риск означает возможность умножения несправедливости.

[16]Казарин И. В. Игнорирование судом доводов стороны = нарушение задач и принципов арб. судопроизводства = основание для отмены немотивированного должным образом судебного акта? Интернет публикация: https://zakon.ru/discussion/2013/10/27/ignorirovanie_sudom_dovodov_storony__narushenie_zadach_i_principov_arb_sudoproizvodstva__osnovanie_d

[17]Васяев А.А. Может ли считаться суд независимым, если текст приговора повторяет текст обвинительного заключения (акта)? // Уголовно-процессуальные и криминалистические чтения: материалы междунар. науч.-практ. интернет-конференции. Иркутск, 16 - 30 апреля 2012 г. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2012. С. 7 - 9.; см. также публикации в СМИ https://www.novayagazeta.ru/articles/2015/01/26/62783-obvinenie-prigovor-obvivor-8470-1-171-delo-iv-roshe-187, https://pravo.ru/voting/204/, https://www.kommersant.ru/doc/1565056, https://newizv.ru/news/society/20-04-2016/238331-federalnyj-sudja-v-otstavke-sergej-pashin,

[18]Частное определение Судебной коллегии по уголовным делам Омского областного суда N 22-4402 // http://pravorub.ru/anticor/10326.html.

[19]Ст. 477 Гражданского процессуального уложения Австрии//Проверка судебных постановлений в гражданском процессе: российский и зарубежный опыт: Учебное пособие. Под ред. проф. Е.А. Борисовой М. 2018.

[20]Ст. 538 Гражданского процессуального положения ФРГ. цит по указ. выше соч.

[21]Ст. 1 гл. 59 Процессуального кодекса Швеции. цит по указ. выше соч.

 


Прочитавших: 1752 Версия для печати

Топ-5 самых читаемых Новостей за последние 30 дней:

 

Пресс-релизы

Суды и сделки

Анонсы

События







Translex - Юридически грамотный перевод

Аксином. Переводческие услуги для юридического сообщества

Staffwell




Каталог юр. фирм Новости Комментарии Семинары Вакансии Резюме Форум Контакты